| Михаил ЕВДОКИМОВ был в армии тонкий, как стручок |
|
| Андрей АНДРЕЕВ. "Вятский край" | ||||||
| 17.04.2004 г. | ||||||
Утверждает его однополчанин — механизатор из села Курчум Анатолий НИКУЛИНДва года он служил срочную вместе с будущим юмористом, а сейчас губернатором Алтайского края, в строительной части под Нижним Тагилом. Мало того, судьба свела их в одной роте, только в разных отделениях. Михаил оказался в 3-м, Анатолий — во 2-м.
Он в идеале подделывал любой голос, начиная от своих товарищей и заканчивая командиром части. Солдаты на Михаила не обижались, поскольку он очень быстро стал любимцем роты, а сержанты почти после каждой такой выходки награждали нарядом вне очереди. Рядовой Михаил Евдокимов спал на койке на втором ярусе и так же, как и вся остальная рота, был вынужден вскакивать по своей собственной команде. Но даже это и страх перед очередным нарядом вне очереди не останавливали его перед возможностью еще раз потренировать свои уникальные способности. Как вспоминает Анатолий, Евдокимов с успехом передразнивал не только голоса, но и говоры, акценты сослуживцев. Оценив талант Евдокимова, его перевели служить писарем в штаб. Писари в воинских частях традиционно занимаются общественной работой — рисуют плакаты и стенгазеты, организуют художественную самодеятельность и пр. Вот и Евдокимов, оказавшись на этой должности, большую часть времени занимался своим любимым делом — руководил хором, ставил сценки, продумывал концертные программы, с которыми артисты части частенько выезжали в город. Солдат Михаил Евдокимов явно пользовался успехом у молодых жительниц "вагонки" (так назывался пригород Нижнего Тагила, где размещалась часть), поскольку нередко ходил не только в увольнения, но и в "самоволки". И, хотя каждый раз перед самовольной отлучкой переодевался в гражданскую одежду, ловили его неоднократно. Однако ему, общему любимцу части, многое прощалось, и, имея такой "букет" нарушений, за все время службы он так и не побывал на гауптвахте. Зато в отличие от известных персонажей Евдокимова, сам он в армии вообще не употреблял спиртное, хотя в части это практиковалось. Конечно, нелегально. Как вспоминает Анатолий, в армии Михаил Евдокимов был "худой, как стручок", а форму ему выдали большую, не по размеру. Поэтому он сам ушивал ее. А поскольку вскоре стал служить в штабе, начальник которого был "как друг Евдокимову", он в виде исключения даже разрешил подчиненному носить хромовые, как у офицеров, сапоги. В которых Михаил щеголял на зависть всей части, пока не сменился начальник штаба. Новый начштаба всю эту "вольницу" запретил, хромовые сапоги у Евдокимова отобрали, а взамен дали обычные солдатские "кирзачи". А еще неоднократно заставляли распарывать не по уставу "самопально" зауженные галифе. За все время службы Евдокимов ни с кем не подрался, и вообще, как говорит Анатолий, "Миша был больше на девушку похож — белобрысый, весь в кудряшках. Это он сейчас ряху отъел — не узнать". После службы они больше ни разу не встречались, даже когда несколько лет назад Евдокимов приезжал в Нолинск к родственникам жены. Зато Анатолий с удовольствием смотрел по телевизору, как Евдокимов рассказывает про "морду красную", и вспоминал армию. "Так я и не пойму, зачем Мишка в губернаторы полез? Раньше хоть его концерт посмотришь. А теперь..." http://www.vk-smi.ru/2004/april04/vkapr1201.htm
добавление комментария
Powered by AkoComment Tweaked Special Edition v.1.4.6 |
||||||
| « Пред. | След. » |
|---|


Артистическая натура Евдокимова дала о себе знать с самых первых дней службы. Когда роту, едва успевшую заснуть после трудного дня, вдруг будил зычный голос сержанта: "Рота, подъем!" Как оказывалось, сержант в это время тоже спал мирным сном. А команду его голосом подавал новоиспеченный рядовой Михаил Евдокимов.

